Это был подарок от подруги её детства, Катерины. Марина взяла большой тонкий предмет прямоугольной формы, обёрнутый в блестящую упаковку розового цвета, подаренный ей на её День Рождения, и вскрыла его. Глаза её от удивления расширились, и она оторопела. На коробке красовалась надпись: «Картина по номерам, разукрашивание на холсте». Сколько лет она уже не держала кисти и карандаши в руках, а тут такой сюрприз. Она подумала: «Ну и Катерина! Как ей такое в голову только пришло? Ведь я уже и не девочка, и внуки взрослые, да и дел домашних невпроворот!» Но что-то вкрадчивое и волнующее влезло в её существо, женщина почувствовала смешанные чувства. С одной стороны, любопытство и тепло на душе, с другой стороны, боязливость. Марина бережно открыла коробку. Вот и холст в рамке, на нём разнообразной формы фигуры, линии с циферками и целый арсенал акриловых красок и разнообразных кистей. Женщина погладила пальцами предметы, как бы приветствуя их, и внимательно рассмотрела образец картины. Внутри себя она слышала ворчащий голос: «Да когда? Да ведь это и не творчество. Искусство – это когда творишь сам! Вот в художественной школе её детства, куда они бегали вместе с Катюхой, они рисовали сами, срисовывая предметы, пейзажи с натуры, да ещё и на больших листах бумаги. Рисовали пастелью, сангиной, углём, тушью, карандашами, гуашевыми и акварельными красками, а здесь разукрашивание по номерам, правда, только на холсте и краски другие. Этого она ещё не пробовала. Марина всё продолжала себя убеждать, что её время ушло, но внутри неё уже разгорался огонёк интереса и любопытства, ведь когда-то она очень любила рисовать. Она подумала: «Ладно, надо попробовать вечерами. Глядишь, меньше перед телевизором посижу. Только из чулана надо достать старый мольберт». Сердце её начинало трепетно стучать от ожидания чего-то непонятного. Женщина улыбнулась и пошла, ворча, в чулан: «Ну надо же, учудила, старая! Нашла, что подарить!» Она продолжала диалог сама с собой: «Не выкинуть же мне её подарок, она старалась, искала, думала, выбирала, время своё потратила!» Сознание её сопротивлялось, но внутри всё говорило: «Хочу, а почему бы и не попробовать, это же здорово!»
Она достала подставку для рисования и протёрла её от пыли, как бы распаковывая из своей памяти страницы своего детства. Было начало лета, школьники были уже на каникулах. Марина провела пальцем по надписи на ножке треноги «Люблю», так ажурно написанной Серёжкой на ножке мольберта в то время, когда она с девчонками бегала на пленэре на природе в парке и искала место, которое будет срисовывать. Когда девочка вернулась за подставкой, то на ней уже красовалось это слово, а рядом стоял Серёжка и, смущённо краснея, старался не смотреть ей в глаза. Маришка подняла глаза и удивлённо на него посмотрела и произнесла: «Чего? Ну ты даёшь!» Лицо её покрылось румянцем, она взяла свой мольберт с висевшей на нём папкой и двинулась к своему месту. Её сердечко готово было выпрыгнуть из груди, ведь он ей тоже нравился, но она это тщательно скрывала. Прядка её русых волос упала на лоб и соскользнула на зелёные глаза. Девочка откинула её назад, улыбнулась и поставила подставку для рисования в удобное для себя место. Серёга уже стоял у своего мольберта недалеко от неё, но таким образом, что и она была видна, и участок парка. Они делали первую зарисовку. Какое-то время они были заняты своей работой, хотя изредка Маринка чувствовала на себе его взгляд. Закончилось время занятия. Собрав свои вещи и взяв подставки под мышку, ребята двинулись по своим домам, она с Катюхой к себе во двор, а Серёга некоторое время шёл за ними, а затем попрощался и повернул к своему дому. Катя весело сказала: «Кажется, у тебя кавалер появился, глаз с тебя не сводит!» Девчонки хмыкнули и побежали каждый к себе домой, таща мольберт за собой практически по тротуару.
В Маришке уже разгоралось нежное чувство к мальчишке и норовило вылезти наружу. Со временем Катюша заметила странности, происходящие с подругой, и с интересом спросила: «Марин, ты со мной или где-то летаешь в небесах? Не Серёжка ли в этом причина?» Они поболтали, и Марина приняла решение: «Понаблюдать за ним, и свои чувства не показывать». Сергей каждый день приходил к ним во двор, играли в разные игры, общались, и он иногда приносил конфеты «Гусиные лапки» и угощал девчат. Так проходили дни в ожидании следующего выхода их группы на природу в парк. Преподаватель назначила время сбора на их участке парка, и в нужное время они уже стояли каждый на своих местах, расположив все необходимые принадлежности для рисования. Ребята продолжили работу над своим пейзажем. Преподаватель, женщина среднего возраста, ходила от одного ребёнка к другому и давала рекомендации, как создать тень, блики, довести линии, изгибы. Сделать некие штрихи для выразительности, хвалила за удачный результат, постоянно произнося слова: «Чудненько, чудненько». Марине и Сергею нравился сам процесс рисования, и они с удовольствием ходили на занятия. Краски изящно ложились на лист бумаги и отражали весь спектр того пейзажа, который они видели перед собой. Подходя к картинам Марины и Сергея, она говорила: «У вас прямо энергия из картины вытекает. Здорово! Молодцы!» Марина загадочно улыбнулась, вспоминая этот чудесный период её юности. Женщина вспомнила, как они втроём гуляли по улицам города, ходили в музеи, парки города, рассказывали интересные истории, да и просто весело проводили время. Вот так, очень быстро, и закончились каникулы. В сентябре пошли в школу, и уже свободного времени у них стало очень мало. Вот только «художка» и осталась. Однажды Сергей сообщил новость: «Его семья переезжает в другой город из-за работы родителей». Марина с грустью вспоминает то время. Сначала они писали друг другу письма, но затем всё общение сошло на нет. «Какое интересное было время: любимое дело, первая любовь, дружба, радость, мечта и полёт её сердечка от наполненности жизни чем-то всегда новым и вдохновляющим».
С возрастом Марина связала свой путь с химией, а любимое ремесло она закинула в дальний угол души, ведь оно не приносило доход. Институт, новая работа в институте, новые знакомства, семья, вот только Катерина, её лучшая подруга, неизменно присутствовала в её жизни. А ведь год назад Катерина, после возвращения из Москвы от дочери, где она гостила, рассказала ей о своей неожиданной встрече с Серёжкой. В её сердечке тогда что-то ёкнуло и начало трепетать, впитывая каждую маленькую деталь повествования подруги. Она навещала свою дочь с внуками. И дочь ей организовала посещение Московского драматического театра и просмотр в нём спектакля с известными артистами. Во время антракта она ходила по фойе и разглядывала его оформление. Её внимание привлекла картина с пейзажем, висевшая на стене около окна. Она остановилась и начала разглядывать её. Взгляд её опустился на имя художника картины. Она вчитывалась и вчитывалась в это имя, как будто не понимала, что происходит и почему она перечитывает его. Ей показалось это имя очень знакомым, но сразу вспомнить она не смогла. И вдруг она ощутила, как сзади кто-то подошёл и остановился возле неё и сказал: «Привет, Екатерина! Думаю, кто же это такой знакомый стоит возле моей картины и так пристально и внимательно её разглядывает? А тут, оказывается, знакомые лица!» Катя оглянулась. Перед ней стоял высокий, хорошо сложенный коренастый пожилой мужчина. Голова его была седа, черты лица его были приятные и красивые, глаза светились от радости встречи и делали это лицо ещё более притягательным. Она узнала его. Они обнялись, как старые друзья, и он стал расспрашивать её о ней, её судьбе. И, конечно же, поинтересовался о Марине, о том, поддерживает ли она связь с ней, и как сложилась её жизнь. На его вопрос она ответила, как смогла, подробнее. Прозвенел первый звонок. И люди стали передвигаться в зал. О себе он мало что успел рассказать: «Он глава архитектурной московской организации и ещё пишет картины. Вот эта картина его любимого места, пейзаж, что в его памяти запечатлелся с детства. Узнаёт ли она что-либо? «Да, это наш парк! Только сейчас я поняла, что меня очень сильно к ней привлекло. Внутри себя она чувствовала что-то родное, знакомое, только понять сразу не смогла. Всё пыталась вспомнить, понять, что же её так зацепило. Теперь-то она всё поняла. Прозвенел очередной звонок. «Как жаль, что нет времени поговорить, я сразу же еду в командировку в южный город, там новый проект реализовывается!» - сказал он и оглянулся на звавшую его молодую женщину. Они попрощались, улыбнувшись друг другу, и разошлись. Теперь Мариша вспомнила и этот момент в своей жизни.
И вот перед ней мольберт, её старый знакомый, несущий в себе такие тёплые воспоминания. На нём стоит холст такой безликий, испещрённый разными линиями, а рядом подсказки-рекомендации. «Интересно, - подумала женщина, - это восход или закат? В середине листа море, а справа скалы, на которых лес. Внизу листа берег с цветами». Ей захотелось быстрее всё наполнить, чтобы всё заиграло красками, ожило и раскрыло всю суть картины. Работа предстояла неторопливая и кропотливая, ведь каждый мазок кисти с краской несёт в себе какую-то свою тайну, невысказанность и свою историю. Марина стояла перед холстом и размышляла, с чего начать: «Между небом и морем светило. В каком случае лучше и красивее ляжет краска? Какой цвет я получу, если одну краску наложу на другую?». Она начала ощущать себя художником, Творцом, под кистью которого всё оживало и становилось волшебством. Она разобралась с номерами фигурок и начала заполнять красками верхнюю часть картины то оранжевым, то синим, то фиолетовым цветом, не забывая промывать кисти и высушивать их. Местами стали появляться малиновые, голубые цвета, переходящие в сиреневые и розовые. Женщина медленно погружалась в этот притягательный процесс, за которым время летело не заметно. Вот она смешала жёлтую и белую краски и бережно, нежно лёгкими мазками стала заполнять поверх оранжевой краски солнце. Вот уже и Светило ожило и заиграло своей жизнью, жизнью любви, света и тепла. Тут и сиреневые, голубые облачка наползли то с одной, то с другой стороны своей пеленой прикрывая круглую красавицу. Марина улыбнулась набежавшей мысли: «Кажется, Творцы Вселенной впустили в этот мир свои краски, наполняя своими энергиями, кто мудростью и светом, кто интересом к познанию, кто верой и любовью, кто чистотой и ясностью, кто стремлением к совершенству. Она почувствовала, что внутри неё что-то позвало её, призывая к новому, ранее ей неизвестному, очень мудрому и захватывающе интересному.
Вот и правый угол картины стал приобретать свои очертания. Горы, спрятанные под разноцветными облаками, с еле выраженными контурами. И скалистый берег, усеянный разнообразными деревьями, где в свете солнца были видны зелёные, синие, тёмно серые и чёрные цвета. Ива, склонившая свои висячие ветки к воде, как бы желающая получить прохладу от плескавшейся у берега воды. Всё начинало жить своей жизнью.
Женщина была так вовлечена в создание нового, что потеряла время пребывания в этом действии, в этом совместном творении её исполнителя, Художника-конструктора и самого Творца с его Лучами Творения. Прозвенел будильник. Марина посмотрела на часы. Уже пора ложиться отдыхать. У неё чёткий режим дня, всему своё время, а ведь сегодня она забыла поужинать. «Ну да и ладно», - подумала она, с любовью глядя на часть ожившей картины, промыла кисти. «До завтра, мои дорогие краски, кисти, холст и новые небесные друзья. Благодарю Вас за чудесные часы! Я как будто в медитации побывала!» Лёгкая удовлетворённая и благодарная улыбка пробежала по её лицу. «Вот так, Катюша! Надо ей позвонить и ещё раз поблагодарить за удивительный подарок.
Утром она проснулась выспавшейся и бодрой. Казалось, что все её болячки взяли паузу. Марина от желания быстрее вернуться к разукрашиванию картины горела вся изнутри. Сегодня ей предстояло разукрасить середину холста, а если всё сложится, то и закончить. К обеду женщина завершила все свои домашние дела, пообедала и села перед мольбертом с холстом, расположив перед собой на табурете кисточки, краски, баночку с водой и промокательные салфетки. Труженица посмотрела на верхнюю часть изображения и отметила для себя некоторые нюансы, которые, как ей казалось, нуждались в маленьких наполнениях. Снова разобрала по цифрам фигуры и макнула кисть в голубую краску. Прорисовав всё этим цветом, взяла на кисть синюю, затем тёмно синюю, фиолетовую, тёмно фиолетовую краску, постепенно заполняя пространство этими глубокими и насыщенными цветами. Вот уже и кучерявые волны наваливались на песчанно-каменистый берег. И всё это отражало силу и мощь воды, глубину Творения, где во всём звучит воля и целеустремлённость Творца. И снова она ощутила своим телом незримое присутствие энергий Лучей Творения Отца небесного, их силу, волю, могущество и бескрайнюю глубину непознанного пространства глубин жизни и духа. Ей показалось, что за её спиной есть крылья одухотворения и желания для достижения цели. Она двигалась дальше. Уже закрашены камни серо-чёрным цветом с зелёным отблеском, отливом. Острые, круглые и полукруглые глыбы торчали из песка, воды и высвечивались под поверхностью воды.
Марина закрасила серо-фиолетовым цветом участки песка и принялась прорисовывать цветы с тонкими, мелкими резными лепестками и тёмно зелёной травянистой основой. Цветы оказались малинового, сиреневого цвета. «Как это красиво сочеталось с окрасом неба и нежной яркостью цветов, и в контрасте с морем», - отметила творящая женщина. «Не хватает добавить отражение Светила в воде, его бегущей дорожки к песчаному берегу до самых цветов и игру лучей на поверхности воды, камней, участка леса и самих цветах». Марина вместе с солнцем стала запускать белой краской свет, отражавшийся в воде. Она солнечным светом и белой краской стала освещать гребни поднявшихся волн, запускать пену у берега моря. Лёгким прикосновением кисти, мелкими штрихами заполнялись брызги волн в струящемся свете Светила. Её кисть отчётко скользила по очерченным участкам на холсте, наполняя их белым светом. Отражение солнца в воде заполнило дорожку до самых цветов и заиграло во всём пространстве картины новыми красками, новыми ощущениями. Ощущениями очищения, чистоты и возрождения. Море как бы говорило: «Я рада твоему приходу, Светило! Я рада своему новому дню и новым краскам жизни, за тепло, которое ласкает меня и всё то, что меня окружает! Я благодарю тебя за жизнь во мне, за её всевозможные проявления, чудеса, появляющиеся кругом, за радость, наслаждения, которые я несу людям, за эту прекрасную планету под названием «Земля», на которой я могу показать себя во всей красе и во всех ипостасях. И всё это сейчас звучало как единое, целостное, живое!». Она ощутила, как под влиянием света всё легко преобразилось, начало по-другому дышать, двигаться. И маленький лучик света проник и в её уголочек души. И что-то внутри затосковало и захотело вырваться наружу, чтобы посмотреть на этот осветлённый мир совсем другими глазами и другими оттенками чувств.
Марина посмотрела на готовую картину. «Как же я хорошо провела это время, и сколько чувств у меня плескалось в душе. Это сделало меня более наполненной и более счастливой». Женщина ясно осознавала, что ей обязательно нужно вернуться к любимому делу её детства и попробовать начать хоть что-то рисовать самой, своими руками, своими ощущениями, со своими возродившимися чувствами. Как здорово быть самому Творцом, а божественные Лучи Творения всегда придут тебе на помощь.